Узник замка Фенестрель

Александр Котлов о рождении романа о Монте-Кристо.

Вступление

…«Граф Монте-Кристо»… Вот уж как 25 лет, когда я слышу эти слова, меня охватывает неизъяснимое волнение… Это так чарующе на меня действует название одной из бесподобнейших книг в истории мировой литературы.

Жан Марэ в роли графа Монте-Кристо

Жан Марэ в роли графа Монте-Кристо, 1954 г.

О чём же будет мой рассказ? Что я хочу сказать Вам всем?

Я попытаюсь просто отдать дань Преклонению перед этой великой Книгой и тем, без сомнения, Гениальным человеком, который её написал. Я долго думал-гадал, как это сделать. И понимал всю трудность поставленной самим перед собой задачи… Всё уже, кажется, рассказано об этой книге. Но вот засела в упрямой голове мысль, что Должен и я внести свою лепту! Что есть всё же мне что сказать… Что ж – тогда к делу!

Итак, начнём же. С того, как зародился Замысел этой книги.

Замысел

К началу 40-х гг. ХІХ-го века Александр Дюма (отец) был уже довольно известным писателем. Из-под его пера уже успели выйти, вернее, выпорхнуть несколько историко-приключенческих и просто приключенческих романов, несколько романов-хроник, немалое количество пьес, сборников прозы и стихов и прочего литературного «скарба». Александр Дюма не был писателем-аскетом и не запирал себя навечно в своей писательской келье, в которой были только стол, стул и кровать. Сей очаровательный «французский африканец» (бабкой писателя была рабыня с острова Гаити, как многим из Вас, конечно, известно, уважаемые читатели) был, можно так сказать, «прожигателем жизни». Отличные вино и еда, хорошенькие женщины постоянно присутствовали в его жизни. Не «чурался» он и общественно-политической жизни. И был даже очень активным её участником. Чего стоит, хотя бы, его участие в Июльской революции. Так вот, по политическим убеждениям Дюма был демократом и республиканцем.

В то время во Франции была Июльская монархия, порождённая уже упомянутой мною Июльской же революцией. В начале 40-х гг. ХІХ-го века управлявшее Францией правительство (монархия была конституционной) проводило в жизнь очень рискованную и недальновидную политику, которая привела к тому, что народ Франции стал одним из самых активных участников «весны народов» 1848 года, а Июльская монархия канула в Лету. Александр Дюма был крайне недоволен происходящим и критиковал правительство, возглавляемое известным историком Франсуа Гизо. Поскольку Гизо, недовольный обрушившимся на него шквалом критики, стал преследовать в судебном порядке особенно досаждавших ему писателей и журналистов, Дюма решил на время покинуть Францию и отправиться путешествовать в южные страны, которые, конечно же, больше всего подходили для его южного темперамента.

Сначала писатель в 1841-1842 гг. писатель путешествовал по Италии. Конечно же, он не мог не посетить город Медичи – прославленную Флоренцию. А в ней не мог не «заглянуть на огонёк» к Жерому Бонапарту, младшему брату императора Наполеона и, в прошлом, короля Вестфалии. Будущий король литературы захотел познакомиться с бывшим земным королём, вернее «корольком», потому как всё многочисленные близкие родственники Наполеона, между которыми он поделил большую часть Западной Европы, отнюдь не были полновластными властителями в своих государствах, а находились под бдительным присмотром старшего братца. Дюма заинтересовался Жеромом Бонапартом как человеком из того, великого для него времени, когда Францией правил Наполеон І.

Александр Дюма показался столь приятным королю в изгнании, что Жером попросил писателя сопроводить в круизе по Западному Средиземноморью своего младшего сына – 20-летнего Наполеона Жозефа Шарля Поля Бонапарта. Старший сын бывшего короля был в это время очень «занят». В 1840 году он был заключён в крепость Гам после провала очередного заговора с целью свержения существующей власти во Франции. Когда он, наконец, добьётся своего и станет императором Наполеоном ІІІ, младший брат примет имя и звание принца «Плон-Плон». Таково было детское прозвище сего вполне достойного юноши, которого Дюма должен был сопровождать.

Главной остановкой в их путешествии был остров Эльба. Отец хотел, чтобы сын побывал на острове, с которого его великий дядя начал свой путь к своему последнему триумфу и прошёл «…по следам, запечатленным поступью гіганта». После посещения Эльбы путники посетили остров Пианоза, где великолепно поохотились. Их предупредительный проводник, распознав в них страстных любителей этого не очень-то гуманного занятия, предложил им поохотиться на соседнем острове Монтекристо, где, по его словам, господа смогут ещё пуще прежнего поохотиться. Конечно же, господа загорелись желанием побывать в столь интересном для них месте, но, узнав, что остров этот ничейный и необитаемый и после возвращения им придётся провести неделю в карантине, отказались от этой затеи. Всё же они полюбовались островом издали, когда их лодка обошла, по их приказанию, кругом этот остров, похожий на сахарную голову.

Предупредительный проводник рассказал любознательным путникам легенды об этом довольно-таки интересном месте. В частности о том, что на острове в Средние Века был католический монастырь (отсюда и название острова), монахи которого были очень богаты, потому что, по слухам, нередко получали щедрые подношения от владык разных европейских государств. Это стало причиной их страшного несчастья. Монастырь был разграблен в середине ХІХ-го века алжирскими пиратами, которые, однако, не нашли никаких сокровищ и не смогли узнать никаких сведений о них у несчастного приора даже под пыткой. С тех пор считалось, что эти сокровища действительно «…пребывают без владельца, как клады арабских сказок, лежащие в земле под охраной духа».

Название острова настолько понравилось писателю, что он тут же решил, что напишет роман, действие которого будет разворачиваться, в том числе и на этом острове. Вернувшись в Париж, Дюма действительно подписал контракт с одним из известных издательств на публикацию нового романа. В те времена у просвещённой части французского народа очень популярны были романы, так называемого, «фельетонного» типа. Печатались они отдельными главами в известных парижских журналах. Каждая глава имела свой финал, под которым печатались заманчивые слова «Продолжение следует». И люди, если роман был интересен, расхватывали номера журналов и просто зачитывали их до дыр!

А как же появился на свет тот роман, который вот уже много поколений является одним из читаемых в мировой литературе?! А вот как. Александр Дюма любил посещать парижские библиотеки, в которых его очень интересовали архивы. В них, можно не сомневаться, он нашёл немало материалов для своих будущих великолепных произведений. Подписав контракт, Дюма отправился в одну из самых посещаемых парижских библиотек и – …о чудо! Ему в руки попадает книга мемуаров Жака Пеше, инспектора парижской уголовной полиции, под названием «Мемуары, извлечённые из архивов парижской полиции», изданная в 1838 году, через 8 лет после смерти автора. В ней писателя наиболее заинтересовала глава под названием «Алмаз и мщение». Там рассказывалась история Франсуа Пико, парижского сапожника, который во времена Первой Империи пострадал от клеветы своих завистников и жестоко, хотя и довольно оргинально, в своём роде, отомстил своим обидчикам. Вот это была тема как тема!

Всё же, должен упомянуть ещё один немаловажный момент. В это время в планах Дюма было написание труда по истории и археологии Парижа. К написанию совсем другой книги, действие которой должно было происходить в современное будущим читателям время, его подтолкнул выход в 1842 году в печать романа «Парижские тайны» его талантливого коллеги по писательскому цеху Эжена Сю. Этот известный писатель не был столь талантлив, как Александр Дюма, но роман его привлёк усиленное внимание публики тем, что описываемые в нём события происходили в то же время, в котором он «увидел свет» и многие читатели узнавали в его героях если не себя, то многих других своих современников. Что поделать: «спрос рождает предложение» – эта формула действенна и в литературном творчестве и будет актуальна, верно, до тех пор, пока литературным трудом можно будет зарабатывать деньги…

И вот, Александр Дюма взялся за перо. Пико, силой его волшебного пера, превратился в моряка Эдмона Дантеса, будущего графа Монте-Кристо (название острова Дюма тоже немного подкорректировал – так оно показалось ему более звучным). А как же иначе! На, таящем в себе сказочные сокровища, волшебном острове Монте-Кристо мог, конечно, побывать и сапожник, но профессия моряка ведь одна из самых романтических и куда как больше подходит для главного героя будущего, захватывающего дух своим сюжетом, романа, замысел которого зрел в мозгу писателя. И даже в наши времена она не потеряла этого ореола. Вот и стал главный герой романа моряком, да ещё и одним из самых лучших! А главным французским портом на Средиземном море был, и остаётся по сию пору, Марсель. Это город с богатейшей историей, со множеством памятников старины, одним из главных среди которых, без сомнения, является замок Иф.

Замок Иф

Замок Иф.

Эта крепость была построена в Средние Века, но так никогда и не была использована «по назначению», и в более позднюю эпоху превратилась в государственную тюрьму. Конечно, же герой романа должен был быть заключён именно там!

На основании всех этих «разношерстных» сведений, которые знаменитый писатель, несомненно, получил как подарок от Судьбы (как же иначе объяснить маленькое чудо под названием «Рождение романа о графе Монте-Кристо»!) и с помощью, безусловно, его Гениальности и родилась та прекрасная книга, которая известна всем под названием «Граф Монте-Кристо».

Что ж, пришло время мне рассказать Вам, друзья, о том, кто таков был этот Франсуа Пико и какова же была эта его история, что стала основой такого Романа! Оговорюсь сразу – история эта довольно хорошо известна. Ведь, при нынешних реалиях, всяк любопытствующий может отыскать её во «всемирной информационной паутине». Но всё же, возможно, кто-то её ещё не знает – в таком случае я буду только рад ознакомить Вас с этой, по-своему оригинальнейшей, историей!

Итак, дорогие читатели, сейчас Вы сможете прочесть (возможно, уже не впервые) о том…

Как сапожник Франсуа Пико стал графом Монте-Кристо

Так начинается тот бессмертный роман, историю написания которого Ваш недостойный и бездарный автор решил рассказать в меру своих сил и возможностей в этой статье.

В реальности же всё начиналось иначе – гораздо проще…

В 1807 году в Париже жил да был молодой сапожник по имени Франсуа Пико. Было ему 27 лет от роду. И был он родом из Нима – известного города на юге Франции. История умалчивает, чем он занимался в годы Великой Французской революции. Да, в принципе, догадываться здесь особо не о чем. Паренёк рос, набирался жизненного опыта, постигал азы своего будущего ремесла. Он был из тех граждан Франции, кого было принято называть «третьим сословием», и судьбой которых был тяжкий труд в течение всей своей жизни, чтобы первые два «привилегированные» (дворянство и духовенство) могли вести лёгкую и безбедную жизнь.

Нет сомнений, что Франсуа, как говорят, в те времена «нахватался» разных идей, которыми буквально был пропитан воздух тогда. Со временем он перебрался в Париж. Верно, во все времена и во всех странах в столицах за тот же самый труд платили больше, нежели в провинции! Франсуа регулярно бывал в кабачке, который облюбовали выходцы из Нима. Содержал сие «злачное» место некий Матье Луппиан, тоже родом из Нима. Он был вдовцом и был старше Пико почти вдвое. Дети его, сын и дочь, были уже взрослыми.

И вот в это, приятное его душе, местечко Франсуа Пико как-то спешил, чтобы рассказать землякам о свалившемся ему на голову счастье. Он ухаживал за девушкой по имени Маргарита Вигору и она согласилась стать его женой. Поскольку невеста была не только румяна и пригожа, хорошего происхождения (по слухам в её жилах текла дворянская кровь), а ещё и имела богатое приданое, то Пико был на седьмом небе от счастья! Смею предположить, что именно этот факт больше всего радовал удачливого уроженца Нима. По сведениям разных источников, родители выделили красавице-дочери в приданое от 7000 до 100000 франков. Какая точно была сумма – не столь важно. Важно то, что её величина не заставила героя этой истории быть осторожнее.

В кабачке у Луппиана Пико застал трёх своих приятелей: портного Антуана Аллю, бакалейщика Жерве Шамбара и шляпника Гийома Солари. Приятели (все – «выходцы» из Нима) попивали доброе винцо в обществе хозяина кабачка. И Пико всё рассказал им. Но так как сделал он это несколько заносчиво, да и сумма была довольно значительна, то когда он, выпив с ними, убежал к своей милой, у Луппиана, человека очень завистливого, родился коварный план, который нашёл живой отклик в душе почти у всех присутствующих. Он предложил пошутить над счастливцем: написать в политическую полицию донос о том, что Пико – дворянин из Лангедока, к тому же ещё и английский агент, участвующий в заговоре против императора Наполеона І. Мол, посидит парень несколько дней в тюрьме «до выяснения обстоятельств» – не будет больше так задаваться! На том и порешили. Антуан Аллю, правда, попытался было возражать против такой «шутки», но его быстро «заклевали».

После этого Франсуа Пико исчез на 7 лет! Увы, но французские компетентные органы не захотели действовать «по всей строгости и букве закона». Как это нередко бывает, нашёлся нехороший человек, который чужую беду захотел использовать в своих целях. Полицейский комиссар, получивший донос, не стал разбираться в достоверности изложенных в нём сведений и, очевидно, решив, что ему подвернулся удачнейший случай в плане «перспективного карьерного роста», сразу переслал его министру полиции со своим сопроводительным письмом, в котором утверждал, что им открыт опаснейший заговор против императора. Но министром полиции в то время был вовсе не Савари, герцог Ровиго, как указано в некоторых источниках. Министра полиции звали Жозеф Фуше и оставил он не менее мрачную славу, чем его преемник. Савари сменил его на этом посту в 1808 году.

Ни родные, ни друзья так ничего и не узнали, что с ним стало, как ни пытались. А он попал в одну из самых грозных государственных тюрем Франции. Нет-нет, не в замок Иф. Франсуа Пико был заточён в крепости Фенестрель. Это уникальный памятник фортификационной архитектуры ХVIII-го века; не менее, а может и гораздо более значимый, чем замок Иф.

Фенестрельская крепость

Фенестрельская крепость.

Выстроена была Фенестрельская крепость на границе Италии и Франции савойскими герцогами. В ходе наполеоновских войн она перешла под власть императора Наполеона. Эта крепость настолько огромна, что в наше время даже, неофициально, именуется «Малой Китайской Стеной». Её судьба в чём-то схожа с долей замка Иф: как и тот, она никогда не использовалась по «прямому назначению» и постепенно была превращена в государственную тюрьму для особо опасных преступников. В крепости Фенестрель могли содержаться одновременно 44 узника – по числу казематов, превращённых в камеры. Войдя в неё, Пико лишился не только свободы, но даже и имени. В тюремные списки он был записан как Жозеф Люше. В тюрьму он попал цветущим молодым человеком, а вышел седым, с морщинами, сгорбленным и потеряв веру в справедливость…

В заточении Франсуа оказался соседом престарелого итальянского священника, отца Тори. Сразу хочу отметить один момент. Оговорюсь сразу, что это моё личное мнение, впрочем, имеющее некоторое право на Ваше внимание. Я считаю, что Пико именно был «подсажен» к несчастному патеру (видать из-за отсутствия «свободных мест» в этом замке горя) и ни он, ни отец Тори, который был к тому же тяжело болен, не вырывали никакого подкопа, который соединил их камеры. Почему? Да потому что это просто невозможно сделать на тех скалах, на которых стоит замок Фенестрель!

Теперь несколько слов об отце Тори. История умалчивает, в чем была вина сего достойного слуги церкви и за что он оказался в застенке. Неизвестно был ли он столь же деятелен, как и аббат Фариа из романа. Но то, что он был богатым человеком, то, что ему принадлежало богатое имение в Италии, то, что он хранил тайну о неких драгоценностях, спрятанных в Милане и которую потом рассказал из благодарности Дант…, пардон, Пико – это достоверно известно.

Эдмон Дантес и аббат Фариа

Эдмон Дантес и аббат Фариа.

Аббат был стар и болен. После «невольного» знакомства с Пико он прожил ещё год, тяжко хворая. Пико трогательно ухаживал за ним и был вознаграждён стариком, который сделал его наследником всех своих богатств. А умерших узников этой «обители горести» именно так и «хоронили», как это описано в романе, в главе «Кладбище замка Иф» – зашивали в мешок и бросали со скалы в море…

Прошу прощения, дорогие читатели, но я должен сделать ещё одно отступление и рассказать о человеке, обстоятельства жизни которого были использованы Дюма при создании образа необыкновенного аббата Фариа – патриота Италии, революционера, талантливейшего учёного и к тому же прекрасного учителя (ведь не всякий учёный, как Вам, быть может известно, может быть учителем!). Звали его Хосе де Фариа.

Родился он в 1756 году в Гоа, в Индии. Он был сыном священнослужителя. Отец его был португальцем по национальности. Правда среди предков отца были и индусы – в частности, один из знаменитых браминов Индии ХVІ-го века по имени Анту Синая, обладавший неким удивительным даром врачевания.

В 1771 году семья Фариа переехала в Лиссабон. Юный Хосе был отправлен на учёбу в священный город Рим. Как и его отец, он должен был стать священником. Когда он вернулся из Рима, нося почётное имя доктора богословия, его отец, тоже не терявший даром времени, уже был личным исповедником королевы Португалии. Батюшка, гордый успехами своего чада, пристроил его в дворцовый храм. Но счастье семьи де Фариа, увы, не было долгим. В 1788 году их заподозрили в причастности к одному заговору и им пришлось бежать во Францию, над которой уже сгущались тучи, разразившиеся грозой Великой Французской революции. Хосе, невзирая на свой сан, принял в ней самое деятельное участие. Он даже участвовал в штурме Бастилии!

В эти бурные годы он всё больше склоняется ко второму своему призванию – врачеванию людей. Причём весьма необычным, как для тех времён, способом, который тогда называли «магнетизмом». Это был, теперь всем известный, гипноз. Но спокойно работать в Париже аббату-доктору не пришлось. Санкюлоты, вешавшие всех людей благородного происхождения без разбору, принудили его искать спасения на юге Франции – в Марселе. Там Фариа несколько лет преподавал теологию в Марсельской академии, попутно изучая медицину и развивая свой дар.

Когда к власти пришёл Наполеон Бонапарт, Фариа вынужден был покинуть и этот город из-за того, что защищал своих студентов, выступивших против власти корсиканца. Он перебрался в Ним, где продолжал свою преподавательскую деятельность в местном лицее. Но тайная полиция не выпускала его из своего поля зрения и для своего вящего спокойствия решила «упечь» строптивого аббата в государственную тюрьму, коей по их выбору, оказался замок Иф! Фариа был обвинён в участии в антисоветской…, пардон, в якобинской организации некоего Гракха Бабёфа, которого наш аббат никогда и в глаза не видал.

В тюрьме Фариа не терял времени даром – он усовершенствовал свою технику гипноза. После падения Наполеона в 1814 году был выпущен на свободу. Проводил в Париже для всех желающих сеансы лечения, которые, по слухам, даже посещали лица приближённые к императору России Александру І во время пребывания русской армии в Париже. Умер Хосе де Фариа в 1819 году, почти в том же возрасте, что и его литературный двойник. Да, такой «собрат по несчастью» был куда как полезней для Дантеса и интересней для нас, читателей, чем простой итальянский патер, отец Тори…

Итак, после смерти отца Тори, Пико остался в тюрьме. Оттуда просто невозможно было сбежать! И свободу Пико вернули только в 1814 году, после падения Наполеона и первой реставрации Бурбонов на французском троне. Франсуа не сразу вернулся в Париж. Первым делом он отправился в Амстердам, где юридически вступил в права, завещанного ему патером Тори, наследства. Потом поехал в Италию и в Милане нашёл те ценности, которые тоже были ему завещаны святым отцом.

Только после этого, подготовившись материально к предстоящему мщению пока ещё неведомым ему врагам (Франсуа не был дураком и понимал, что в тюрьму он не мог попасть просто так), наш герой в феврале 1815 года прибыл в «столицу мира».

Париж, 1830-е гг.

Париж, 1830-е гг.

Он мог и раньше приступить к исполнению своих замыслов, но ему пришлось ещё немного подождать, пока не пройдут славноизвестные «100 дней». Ведь бонапартисты не преминули бы вернуть его обратно в тюрьму.

Конечно же, сначала Франсуа стал разыскивать свою невесту. Оказалась, что Маргарита после двухлетнего ожидания не устояла перед ухаживаниями кабатчика Луппиана и вышла за него замуж. Матье Луппиан торжествовал: добился своего, убрал, путавшегося под ногами, нахала и завладел, так нужными ему в его «бизнесе», немалыми деньгами! Пико понял, что всё это неспроста – что тут дело нечисто.

Шамбар и Солари не вызывали у Франсуа симпатий, потому что были явными прихлебателями Луппиана и если бы что и знали – ни за что бы не выдали своего «патрона». Поэтому он решил найти и расспросить Антуана Аллю. Тот почему-то вызывал больше доверия. Как Вы помните, он единственный пытался возражать (робко, правда) против той опасной «шутки», что стало причиной несчастья Пико, но всё же (видимо из соображений выгоды – где бы он ещё мог так недорого столоваться, как не у земляка Луппиана и о чём, помешай он ему, можно было позабыть!), отступился и смолчал. Совсем как Гаспар Кадрусс из романа.

Антуана Аллю не было в Париже. Он забросил ремесло портного, уехал на родину в Ним и стал трактирщиком. Пико явился к нему, переодетым итальянским священником. Бояться ему было нечего. Его не смогла бы узнать родная мать. А войти в образ ему помогло общение с отцом Тори, природная наблюдательность и, открытые им нежданно-негаданно в самом себе, способности к актёрству.

И вот в один из весенних дней, бурного для юга Франции, 1815 года (впрочем, как и для всей страны, но на юге Франции ведь страсти кипят бурнее, потому что, по меткому выражению Александра Дюма, вот уж давно как там политическая вражда усугубляется враждой религиозной) трактир Аллю посетил некий итальянский патер. Сей, почтеннейший с виду, слуга церкви назвался отцом Бальдини. Он поведал смущённому трактирщику, что является душеприказчиком человека по имени Франсуа Пико, умершего этой зимой в тюрьме Кастель дель Ово, в Неаполе. Он сам был некоторое время заключённым этой тюрьмы и сокамерником этого несчастного молодого человека. Когда тот умирал от тяжёлой болезни, которую подхватил в тюрьме, он дал ему последние утешения веры. Знавал ли месье Аллю такого? «О, да!» – воскликнул Антуан. Но тут же смешался и покраснел. «Отец Бальдини» сказал, что перед смертью Пико просил его узнать причину его ареста и заключения, которая для него самого так и осталась тайной, а также, если тому была причиной злая воля людей – узнать их имена и начертать их на его надгробной плите. Тот, кто поможет отцу Бальдини в его розысках, получит в награду дорогой алмаз, стоимость которого в те времена равнялась 50000 франков.

Антуан Аллю был жаден, трактир его не пользовался популярностью у местных выпивох, и он был на седьмом небе от счастья от такой свалившейся на его голову нежданной удачи! И он тут же всё рассказал Пико-Бальдини. Пико с каменным лицом выслушал рассказ Аллю. После чего, презрительно бросив ему футляр с алмазом, сказал в ответ на заверения того, что тот был против такой подлости, что это не оправдание, что надо было всё рассказать властям. И удалился. Но, увы для них обоих, это не была их последняя встреча…

Антуан Аллю продал алмаз местному ювелиру за 60000 франков. Через несколько месяцев он узнал, что тот, в свою очередь, продал камень турецкому купцу за 200000 франков. Разозлённый этим, снедаемый жадностью и подстрекаемый своей завистливой женой, которая была точь в точь такой же, как и супруга Кадрусса Мадлена Радель, по прозвищу Карконта, Аллю убил и ограбил ювелира. После чего со своей жёнушкой сбежал в неизвестном направлении.

Теперь, когда Пико знал всё, его охватила нестерпимая жажда мщения. В голове его родился коварный замысел… Луппиан должен был ответить за всё! Но смерти ему было мало за то, что он сделал – так решил Пико. Перед этим он должен познать бездну отчаяния. И мститель приступил к исполнению своих планов…

Итак, в один «непрекрасный» для Матье Луппиана день, к нему явился немолодой, весьма почтенного вида незнакомец, назвавшийся Просперо, и предложил свои услуги в качестве официанта в его ресторане. Оказалось, что вдобавок к своей весьма солидной внешности, мэтр Просперо обладает ещё и недюжинными познаниями в своей профессии. Такой человек только добавил бы солидности заведению Луппиана. Разумеется, тот долго не колебался. «Просперо» был принят на работу. И с этого дня дом хитрого кабатчика навеки покинули счастье и благополучие.

Правда, Маргарита почувствовала что-то знакомое в голосе и поведении нового работника мужа… Но, ведь, её жених исчез так давно, и безнадёжно было ожидать его возвращения, что она просто отмахнулась от тревожащих мыслей, решив, что ей показалось что-то…

У Луппиана были уже взрослые дочь и сын от первого брака. Именно с ними первыми и начались неприятности. Сын, который был не под стать папаше доверчивым и слабовольным, был втянут некими тёмными личностями в одну из парижских уголовных шаек, был подставлен во время одного «дела» и получил в результате 20 лет каторги в Тулоне. Дочь же была соблазнена неким богатым красавцем, назвавшимся маркизом Корлано, который, правда, потом согласился жениться на ней, но на свадьбу не явился. Вместо жениха на торжество прибыл полицейский инспектор, разыскивавший жениха, который оказался беглым каторжником. В это время, в одно хмурое парижское утро на мосту Искусств находят заколотого кинжалом Шамбара. К его одежде была прикреплена бумажка с непонятной этим случайным прохожим надписью «номер первый». Через несколько дней Солари, плотно поужинав у приятеля Луппиана, дома почувствовал сильные рези в животе и, помучившись несколько часов, умер. Когда его гроб несли к могиле, один из носильщиков вдруг заметил приколотую к гробу записку с не менее загадочной, для собравшихся безутешных друзей покойного, надписью – «номер второй».

Через несколько дней ресторан Луппиана внезапно загорелся ночью и сгорел дотла. Маргарита Вигору-Луппиан, не выдержав всех этих страшных потрясений, тяжко заболела и умерла. А Просперо, который единственный из всех работников Луппиана «не покинул его в беде», вдруг завёл с безутешным хозяином странный разговор. Он заявил, что у него есть немалые деньги, и он и он их даст ему, если… Тереза станет, нет, не женой Просперо, а содержанкой! И папаша согласился… После этого Пико решает, что пришёл черёд расплатиться по счёту главному виновнику всех его бед.

И вот, в один из тёмных вечеров, путь, бредшего по парку Тюильри (непонятно как он там оказался – может высшие силы привели его туда?), Луппиана преградил незнакомец в чёрном плаще и маске. Грозным голосом он вопросил – знает ли бывший кабатчик причину своих бед и догадывается ли он, кто его покарал?! Тот, полумёртвый от страха, ответил, что его покарал Бог. Тогда Пико сорвал маску и назвал себя. Луппиан стал молить о пощаде, но… Франсуа Пико больше не ведал жалости. Пронзённый кинжалом «номер третий и главный» пал к его ногам…

Всё было совсем не так благородно и великодушно, как у Дюма… Опустошённый, погружённый в тяжкие раздумья, Пико побрёл к выходу из парка. Свершившееся, наконец, отмщение почему-то не принесло ему ожидаемой радости. Таков, видно, удел всех порядочных людей из-за подлости негодяев ставших на путь зла… Но тут перед этим уставшим и морально и физически человеком выросла какая-то тёмная тень! Не успел обессилевший Пико это осознать, как сильнейший удар дубинкой по голове отправил его в мрак небытия…

Когда Франсуа очнулся, он увидел прямо перед собой заросшее бородой, грязное лицо Антуана Аллю. И понял он, что он прикован цепью к стене какого-то мрачного подвала и находится в полной власти своего бывшего приятеля. Но зачем он ему нужен? Зачем всё это? Это спросил мститель у своего бывшего друга. Ответ не заставил себя ждать. Антуан Аллю, совсем как Гаспар Кадрусс, ощерил в недоброй усмешке все свои 32 зуба, остроте и белизне которых мог позавидовать любой волк, и заявил Пико, что восхищён тем, как тот свёл свои счёты со своими врагами. Но так как он сам парень половчей и теперь Пико в его власти, то вот пусть он ему и отдаст за свою свободу всё своё богатство, ибо раз он так легко швырнул ему когда-то алмаз ценой в 50000 франков и здорово провернул свои дела недавно, то видно у него водятся немалые «деньжата»! Пико молчал. Аллю, распаляясь, пригрозил ему, что кормить во время его нового «заключения» будет только за деньги, причём немалые. Каждый кусок хлеба и глоток воды будет стоить 25000 франков! Пико вдруг расхохотался как безумный. Он действительно начал сходить с ума! Разум его не выдержал всех потрясений, выпавших на долю этого несчастного человека. Аллю, придя в неистовство, не понимая причины этого издевательского, как ему показалось, хохота, выхватил кинжал и ударил им Франсуа Пико прямо в сердце…

Так закончил свою жизнь «настоящий граф Монте-Кристо»…

Аллю бежал в Англию, где и умер нищим, больным и никому не нужным в 1825 году. Исповедаясь на смертном одре священнику, он, умирая, попросил того записать его рассказ и переслать в Париж, в уголовную полицию. Какова была причина его просьбы? Желание мрачной посмертной славы? Угрызения совести? Чувство вины перед преданным и убитым им другом? Кто знает?

Итак, Вы видите, друзья, что история настоящего Монте-Кристо была не столь красива и впечатляюща, как описано в романе Александра Дюма. Пико не стал такой выдающейся личностью, как Эдмон Дантес, граф Монте-Кристо, почти сверхчеловеком. Он был простым мстителем, жаждущим гибели своих врагов. И не считал при этом себя орудием Провидения. Такая мысль не пришла ему в голову даже в виде самооправдания за совершённое им…

Закончилась его жизнь плохо. Провидение покарало его самого.

Сказка, как почти всегда бывает, оказалась красивее жизни…

В тему

Отзывы и комментарии

Пока комментариев нет, ваш будет первым!