Наличие машин и сельскохозяйственного инвентаря

Очерки Виктора Ремизова по истории Кытмановского района.

На начало 1929 года, когда коллективизация ещё массово не была развёрнута, машины и инвентарь учитывались по двум категориям принадлежности: единоличное пользование и общественный инвентарь.

В единоличном пользовании имелось:
– деревянных борон – 278;
– культиваторов – 4;
– плугов – 120;
– сеялок – 5;
– сенокосилок – 21;
– жаток – 8;
– молотилок и веялок – 4.

Общественный инвентарь [73]:
– деревянные бороны – 183;
– бороны «Зиг-Заг» – 11;
– дисковые бороны – 1;
– плуги – 89;
– культиваторы – 8;
– сеялки – 15;
– триера – 6;
– сенокосилки – 16;
– конные грабли – 6;
– жатки – 15;
– молотилки – 13;
– веялки – 9;
– льномялки – 4;
– соломорезки – 2;
– клеверотёрки – 1;
– трактор «Фордзон» – 1.

В 1928 году практически во всех товариществах по настоянию района было принято решение об обобществлении машин и инвентаря. Но когда дело дошло до практической реализации этого вопроса, то инвентарь стали растаскивать по домам. Особенно это коснулось плугов. Надо иметь в виду, что деньги на инвентарь товариществу банк перечислял на конкретного человека (чтобы было с кого спрашивать). Как правило, такими лицами становились председатели, которые единолично распространили своё право владения инвентарём, заставляя при этом вносить членов товарищества определённую сумму по кредиту. Конечно, это не устраивало людей.

Осенью 1928 года вопрос использования машин по назначению в районе был подвергнут проверке. В результате оказалось, что до 50% техники использовалось на стороне, чтобы подзаработать. Люди, в том числе и коммунисты были против обобществления инвентаря, мотивируя это тем, что «из-за мелкого инвентаря будут споры и скандалы» [74].

Вообще же машинами пользовались мало. Так, из шести имеющихся триеров, работал только в Ново-Дупленке, остальные стояли. Из-за большой арендной платы население не пользовалось машинами, а товарищества не соглашались уменьшить плату. Превратившись в прокатные пункты, товарищества использовали технику не для наращивания производительности труда, а для наживы. Причиной этому явилось то, что машиноснабжающие организации работали по принципу «лишь бы распределить». В некоторые товарищества машины попали совершенно случайно. Дело в том, что на складах снабжающих организаций в 1928 году оказалась затоваренность, а заявок на машины от товариществ не было. Поэтому под напором руководства округа технику просто рассовали куда попало, и кое-как.

Все товарищества являлись членами Колхозсоюза. Ежегодный паевой взнос составлял 1200 руб., но в 1928 г. внесли только 150 руб.

Также все товарищества состояли членами кредитных товариществ, кроме Ново-Дупленки. Пай составлял 335 руб. 50 коп. [75].

В этот период организации коллективных хозяйств репрессивных мер со стороны государства к крестьянам района не применялось. Свидетельством этому является отсутствие арестов крестьян и их довольно смелые высказывания в адрес колхозов, коммун и артелей.

Продолжение очерков.

Источники
  • 73. ГААК. Ф. П-4. Оп. 3. Д. 204. Л. 84.
  • 74. ГААК. Ф. П-4. Оп. 3. Д. 204. Л. 86.
  • 75. ГААК. Ф. П-4. Оп. 3. Д. 204. Л. 87.

Отзывы и комментарии

Пока комментариев нет, ваш будет первым!